– Привет, Евгений. Ты выигрывал турниры WPT и WSOP, наверняка тебя помнят многие любители покера. Но сейчас ты не играешь и ушел в бизнес. Молодым игрокам ты знаком уже не так хорошо, расскажи пару слов о себе.
– Я начал играть в покер в 2003-м, как раз на старте покерного бума. Вырос в Нью-Йорке и успел поиграть там в закрытых играх. Примерно тогда же узнал про онлайн. Первый большой турнир в офлайне сыграл в 2004-м и сразу почувствовал вкус победы. С первой попытки вышел на финальный стол и занял 5-е место. Получил около $25k, что было огромной суммой. Тогда же, в 2005-м, я закончил колледж и начал заниматься трейдингом, какое-то время совмещал его с покером. У меня неплохо получалось и там, и там, но я понимал, что придется выбирать что-то одно, если хочу добиться успеха. Покер мне нравился намного больше, поэтому я выбрал его и следующие 10 лет был полностью сосредоточен на игре. В покере мне нравится все то же, что и другим – свобода, возможность путешествовать. Но самое главное – это люди, с которыми я познакомился. Многие не задумываются, но это одна из уникальных особенностей покера. В бизнесе и других областях мы чаще всего встречаемся с людьми похожих взглядов. А в покере очень много невероятно умных людей, у которых совершенно разные интересы.
– Родился ты на Украине, верно?
– Да, жил там до 10 лет, потом семья переехала в Нью-Йорк. Почти всю жизнь провел в США, но сейчас опять вернулся на родину, живу тут уже 4 года. Мне так удобнее, потому что мы ведем бизнес в Европе.
– Тебе было легко освоиться в Америке?
– Было немного страшно, мы уезжали практически без денег. Отец уехал раньше, а мы с мамой до последнего не знали, выпустят нас из страны или нет. Мы улетали ровно в тот день, когда развалился СССР, никто ничего не понимал. По городу ездили танки, многие думали, что может начаться революция. К счастью, нам разрешили взлететь, а в Америке самолет встречали журналисты, и многих потом показали в выпуске новостей. На полную адаптацию мне потребовалась пара лет. Я был ребенком, поэтому язык выучил очень быстро.
– Вас действительно могли не выпустить? Все было настолько серьезно?
– Я уже плохо помню, знаю только по рассказам мамы. Улетали ночью, в аэропорту было очень много людей, и даже оказавшись в самолете, мы до конца не верили, что взлетим. Кажется, это происходило 22 августа 1991 года.
– Во что ты играл до покера, может, в Magic: The Gathering?
– Сколько себя помню, я всегда во что-то играл. Когда у нас появился компьютер, я целыми днями играл в Golden Axe, не знаю, помнишь ли ты эту игру. Потом мне подарили Game Boy. Но настоящей страстью стал Warcraft II, в нем я добился достаточно серьезных успехов. В колледже стал заниматься трейдингом, который тоже в какой-то мере можно отнести к играм, а потом все вытеснил покер.
– До колледжа ты вообще не знал про покер?
– Я узнал правила за месяц до окончания колледжа. Один друг пригласил меня в домашнюю игру, я сказал, что не умею играть, но с радостью приду. Проиграл $6 и ничего не понял, но получил огромное удовольствие. Сначала мы собирались раз в неделю, потом чаще, затем узнали, что существуют подпольные игры и онлайн. Первую раздачу я сыграл в мае 2003-го, и мы играли все лето и осень. Я начал смотреть эфиры WSOP и WPT, которые тогда были очень популярны. И примерно через год начал ездить по сериям сам. Самая первая поездка была в Commerce, когда Антонио Эсфандиари выиграл мейн. Я поехал с друзьями, но ничего не играл, только болел за них. В один вечер друг моего папы пошел играть очень дорогой кэш, хотя тоже едва знал правила. Тогда таким считался пот-лимит холдем $10/$20. За столом он встретился с Антонио и выиграл у него крупную сумму. Кажется, это была какая-то существенная часть банкролла Антонио, а через пару дней он выиграл почти $1.5 млн в главном турнире.
– Да, Антонио рассказывал в подкасте про ту серию. Он действительно приехал в Лос-Анджелес со всеми своими деньгами, много проиграл в кэш и на последние зарегистрировался в турнир, играл почти все от себя. Расскажи про турнир, в котором ты занял 5-е место. Это же был твой самый первый турнир?
– Да. Я впервые приехал в Вегас, банкролл был меньше $10k. Турниры я тогда не играл, только кэш. И несколько дней в $2/$5 выигрывал по $1,000. Мой друг Илья Тринчер начал уговаривать, чтобы я сыграл турнир за $3k. Я долго отказывался, так как это было слишком дорого, но все-таки согласился, когда он предложил купить 50%. Ощущения от игры на финальном столе ни с чем не сравнить. Мы получили $47k на двоих, а через пару дней там же стартовал турнир за $15k. Илья стал меня уговаривать сыграть и его. Но, честно говоря, я и сам был готов на такие лудоманские поступки. Сыграл турнир за треть или половину от себя и попал в деньги, почти удвоил бай-ин.
– А выиграл тот турнир Даниэль Негерану. Сейчас он один из инвесторов в твоем киберспортивном проекте Qlash, расскажи об этом.
– Моя покерная карьера развивалась очень бурно, мне повезло подружиться со множеством известных игроков. Одним из них был Лука Пагано. В 2013-м мы решили организовать совместный проект. У Луки к тому моменту уже был опыт в бизнесе, а я для начала ограничился ролью инвестора. За киберспортом я начал следить примерно в 2010-м, благодаря дружбе с Elky. Однажды мы вместе отдыхали в Корее, и он позвал меня на соревнования по StarCraft. Атмосфера и популярность игры стали для меня полным шоком. Я начал глубже погружаться в тему, и стало очевидно, что популярность киберспорта будет только расти. Мы с Лукой решили открыть наш проект Qlash. Сначала это была просто небольшая команда игроков в Hearthstone, с которой мы объездили весь мир. Это помогло нам завести полезные знакомства и понять, как устроена индустрия.
– Давай вернемся к покеру, пройдемся по твоим крупным победам. Первую ты одержал в Bellagio, в начале карьеры у тебя там очень много кэшей. Тебе нравится там играть?
– Да, это мое любимое казино в Вегасе. В те годы я очень много играл в онлайне, на всех основных сайтах. И за неделю до этой победы выиграл воскресный миллионник на Full Tilt.
– Играл его из Bellagio?
– Нет, из дома, но та победа послужила трамплином. Я выиграл $120k, потом столько же получил в Bellagio Cup, а через пару месяцев выиграл $2.5 млн в Doyle Brunson Classic.
– К этому турниру ты подошел уже уверенным в своих силах?
– Да, у меня к тому моменту было много опыта игры в онлайне, я чувствовал, как прогрессирую, и был уверен в своей игре. Мы постоянно обсуждали покер с Ником Шульманом, он – один из моих ближайших друзей.
– Это же, наверное, до сих пор рекордный выигрыш в истории WPT?
– Вполне возможно. Посмотри на разницу между первым и вторым местами, сейчас такого уже не бывает. Причем тогда на финалках никто даже не задумывался о сделках. Мы играли хедз-ап за $1.2 млн!
– Ты играл полностью от себя?
– Было 55 или 60% своих.
– Расскажи, как вы в то время работали над игрой? Тогда же не было никаких обучающих сайтов и софта.
– Для меня самым полезным было совместное обсуждение стратегии с друзьями и изучение игры сильнейших регуляров. Я смотрел все телевизионные финальные столы и старался не пропускать большие турниры в онлайне, просто открывал и очень внимательно наблюдал за действиями сильных игроков. Не боялся экспериментировать со своей игрой, смотрел, что работает, а что нет. Тогда не было никакого GTO, основой игры была психология. Надо было понять, что хочет сделать соперник, и заставить его сделать то, чего хочешь ты.
![33008-1625165819.jpg](http://www.gipsyteam.ru/upload/Contentimage/default/3/3/0/33008-1625165819.jpg)
– Сейчас ты почти не играешь?
– 99% времени уделяю Qlash, но про покер тоже не забываю. Я остаюсь амбассадором небольшого украинского рума PokerMatch. Иногда играю в онлайне. Но я, естественно, никак не работаю над игрой, у меня просто нет на это времени. Когда я оказываюсь за столом, быстро понимаю, что против современных игроков у меня нет шансов. Но меня вполне устраивает роль рекреационного игрока. Я с радостью продолжу приезжать на Мировую серию и играть несколько турниров в свое удовольствие.
– Расскажи о своих ощущениях после выигрыша $2.5 млн и как складывался тот турнир?
– Я до сих пор прекрасно все помню. До предпоследнего дня у меня был средний стек, а потом в двух столах случилась раздача, в которой мне очень повезло. Я стал чиплидером и без проблем выиграл. Перед финальным столом была пауза в пару дней, и все мои близкие успели прилететь из Нью-Йорка. Финальный стол продолжался всего 57 раздач, кажется, это до сих пор самый быстрый финал в истории. Мне отлично заходило, прекрасно читал соперников и выбил всех без исключения. В Нью-Йорк мы возвращались на частном самолете, а я еще две-три недели приходил в себя. Но когда первый шок прошел, я испугался, что могу все проиграть. Потому что перед глазами было несколько примеров других игроков, которые после похожего заноса все быстро проигрывали в казино или дорогих играх. После такого успеха может сложиться ощущение, что деньги достались слишком легко, и даже если все проиграешь, потом запросто выиграешь еще раз. Хотя понятно, что выиграть такой турнир дважды практически нереально. А я прекрасно знал свой характер и любовь к гэмблингу, поэтому старался быть очень осторожным. Но от похода в Bobby’s Room все-таки не сдержался, поиграл NLHE $300/$600 с анте, оставил там $50k и понял, что все может закончиться очень быстро. Это вернуло меня на землю.
На часть выигрыша я купил квартиру бабушке с дедушкой в Нью-Йорке, а остальное пошло в банкролл. Продолжил ездить на серии, играть турниры и кэш.
– Румы предлагали тебе контракты?
– Тогда мне это было не очень интересно, и я даже не думал об этом. Впервые задумался о такой возможности только в 2010-м. В 2009-м, когда Айви вышел на финальный стол, я тоже далеко прошел в мейне WSOP. Был чиплидером в топ-50, но вылетел 39-м. Через какое-то время мы встретились с Негреану, и он сказал, что я мог бы неплохо вписаться в команду профессионалов PokerStars. Я спросил, что для этого нужно. Он ответил, что еще одного большого заноса будет вполне достаточно. А тогда был очень популярен этап PCA на Багамах, и Старзы объявили, что в январе 2011-го проведут первый турнир суперхайроллеров за $100k. Я решил его сыграть и не только выиграл, но и обыграл в хедз-апе самого Даниэля. Мы почти сразу начали переговоры. Контракт подписали в феврале или марте 2011-го, прямо перед «черной пятницей». И мне сильно повезло, потому что на Full Tilt у меня оставалось очень много денег. Но Старзы потребовали закрыть аккаунт у конкурента, и я успел все вывести.
– Смотрю твои дальнейшие результаты, у тебя есть 3-е и 2-е места в мейнах EPT, но «тройную корону» ты так и не выиграл?
– Да, остановился в одном шаге. Причем в обоих турнирах был чиплидером. Тот турнир в Барселоне я играл после перелета и из-за акклиматизации в течение пяти дней спал по два часа. Во время финального стола едва держался на ногах, играл только на адреналине.
– Что было твоей сильной стороной на пике карьеры?
– Мне всегда удавалось залезть в голову соперникам. В начале турнира обычно все сидят в телефонах, а я всегда считал это одной из самых важных стадий. Внимательно следил за раздачами, в которых не участвовал сам, и запоминал действия соперников. Пристально следил за шоудаунами, они позволяют оценить уровень игры соперников и их стиль. Подстройка под оппонентов тоже была моей сильной стороной.
– Мне кажется, ты вообще не тильтовал? Расскажи о своем подходе к игре, как готовился к важным турнирам, сколько столов играл в онлайне и так далее.
– Естественно, я тильтовал, просто делал это незаметно. Я много работал над собой, в какой-то момент стал внимательно следить за диетой, занялся спортом и медитацией. Это было очень полезным. Я никогда не играл 20 столов в онлайне, старался открывать не больше 8, максимум 10. С большим количеством столов я сразу начинал играть намного хуже, потому что игра становилась слишком автоматизированной. Никогда не пользовался софтом, ориентировался только на нотсы и свою память.
– Ты бы начал стримить, если бы продолжал играть?
– Вряд ли, я все-таки интроверт, и стримы отнимали бы слишком много сил. Но мне очень нравится смотреть стримы – как покерные, так и по другим играм. Но сам я бы не смог одновременно играть и развлекать зрителей.
– Два твоих последних кэша – турнир за $111k на WSOP Европа и мейн 2018 года. Почему решил сыграть их?
– Это был самый конец моей карьеры, я ездил все реже и реже и больше времени уделял работе в Qlash. Тогда просто подвернулась возможность посетить эти серии.
– Какие планы на будущее, планируешь играть в офлайне, может, поедешь на WSOP?
– Как я уже сказал, живу в Киеве, буду играть на сериях PokerMatch, когда они состоятся. Если окажусь в США, то и в Вегас с радостью заеду. Мировая серия занимает особое место в моем сердце, я всегда был фанатом микс-игр и до сих пор их очень люблю.
– Чем сейчас занимаешься в свободное время? Появились какие-то новые хобби?
– Сам ни во что не играю, но смотрю стримы по Starcraft и PUBG. Когда появляется время, стараюсь путешествовать, но почти все время уходит на работу. И такая жизнь мне нравится. Я играл профессионально 15 лет, но никогда не планировал оставаться в покере до 50-60. Всегда мечтал найти какое-то интересное занятие, а покеру отвести роль развлечения.
– В бизнесе тебе пригодились какие-то навыки, которые ты приобрел в покере?
– Наверное, умение общаться с людьми – это главное. Еще готовность рисковать. Мы с Лукой понимали, что Qlash – это долгосрочный проект, на полноценную реализацию которого потребуется 10-15 лет. Мы вложили в него много собственных средств, хотя понимали, что большинство таких стартапов заканчиваются провалом. Но мне хотелось проверить себя и посмотреть, на что я способен. Очень повезло, что Лука стал моим партнером, без него точно ничего бы не получилось.
![33007-1625165740.jpg](http://www.gipsyteam.ru/upload/Contentimage/default/3/3/0/33007-1625165740.jpg)
– Ты легко решился войти в проект и сразу согласился бросить покер?
– Все происходило постепенно, проект постоянно меняется. С первого дня мы понимали только одно – что придется вложить много собственных денег. Мы сами учились в процессе и постепенно дошли до идеи, которую реализуем сейчас. И сильно в нее верим. Очень полезны были наши мозговые штурмы, которые мы с Лукой устраивали друг другу в самом начале. Еще мы быстро поняли, что хорошая команда намного важнее подробного бизнес-плана.
– Как сейчас распределяются ваши роли?
– Я общаюсь с инвесторами и участвую в совещаниях, когда решаются важные вопросы – в каких направлениях нам развиваться, на какие новые рынки выходить и так далее. А Лука вовлечен в повседневный процесс и занимается продажами.
– Что сейчас из себя представляет Qlash?
– Это уже не просто киберспортивная команда. Мы с самого начала сосредоточились на развитии комьюнити в разных играх. Организуем для них различные мероприятия как в офлайне, так и в онлайне. У нас есть команда стримеров, профессиональных игроков и инфлюенсеров, их задача – развлекать комьюнити. Если взять любой покер-рум, они тоже организуют соревнования в онлайне. А стримеров и амбассадоров привлекают для маркетинга. Они развлекают комьюнити, а конечная цель – привлечь игроков в рум. У нас похожий подход. Наша конечная цель – создать собственную платформу, где мы сможем проводить соревнования по разным играм под собственным брендом. Это откроет для нас множество новых возможностей.
– Назови главных звезд в Qlash.
– Наш топовый игрок – Reynor. Это Рикардо Ромити. Сейчас он, вероятно, сильнейший игрок мира в StarCraft 2.
– Осенью вы заключили сделку с «Миланом», расскажи об этом.
– Да, это наша гордость. Мы создали новый бренд «AC MILAN QLASH», под которым наши игроки в FIFA будут играть на соревнованиях. Клуб с нашей помощью хочет привлечь молодую аудиторию, а мы надеемся получить доступ к их знаменитому бренду и огромной армии болельщиков, это поможет нам привлечь спонсоров. В Италии у нас эксклюзивное сотрудничество, также мы подписали контракт с «Вильярреалом» из Испании и исследуем другие похожие рынки.
– Еще хотел спросить, как родители отнеслись к тому, что ты начал играть в покер?
– Мне очень повезло, они всегда поддерживали все мои начинания и уважали мой выбор. Мама сначала не воспринимала игру всерьез, но и резко против не высказывалась. Все изменилось в лучшую сторону, когда она увидела, что я хорошо зарабатываю. А папа сразу меня поддержал, он и сам с детства играл в карты. Думаю, мне было бы намного сложнее, если бы я не получил его поддержки.
– Сколько команд сейчас в Qlash?
– 6 или 7, а в какой-то момент было 15. Наши сильнейшие игры – Brawl Stars, FIFA и Starcraft 2, в них мы соперничаем на самом высоком уровне.
– Сколько у вас сотрудников?
– 25 работают постоянно в наших офисах в Болгарии, Италии и Испании, а программисты сидят в Киеве. Около 40 человек работают по неполной занятости. Все это наши сотрудники, к которым я не отношу стримеров и профессиональных игроков. С ними у нас подписаны отдельные контракты. Таких больше 100 человек.
– На чем вы зарабатываете?
– Сейчас мы, скорее, B2B-компания, почти весь доход получаем от спонсоров. И почти все реинвестируем в собственную платформу. Она пока существует в виде альфа-версии, но бурно развивается, и мы уже проводим на ней соревнования. Естественно, разработка софта тоже требует больших затрат.
– В твиттере спрашивают о старте покерной карьеры. У тебе были какие-то сбережения, когда ты начинал?
– Нет, я начал практически с нуля. Помню, что играл на partypoker SNG за $5 и зарабатывал по $30-40 в день. Это был мой первый стабильный доход, я тогда жил с родителями и очень собой гордился. Играл также дешевый кэш, постепенно поднимался по лимитам, потом переключился на турниры, а когда много выиграл, увлекся микс-играми и играл довольно дорого.
– Представь, что ты начинаешь покерную карьеру заново. Насколько тяжелее тебе было бы подниматься сейчас?
– Думаю, у меня неплохо бы получалось на низких и средних лимитах. Но вряд ли я смог бы конкурировать на хайстейкс. Современная игра требует совершенно другого подхода. Мне бы пришлось учиться с нуля, это потребовало бы много времени, я бы не мог заниматься ничем другим.
– Что посоветуешь молодым игрокам?
– Основная борьба в покере ведется с самим собой. Многое зависит от того, как вы справляетесь с проигрышами. Важно понять, что это неотъемлемая часть покера. У новичков может сложиться обманчивое впечатление, что топ-игроки постоянно выигрывают. Естественно, это не так. Меня этому научил отец, когда я только начинал. Он ничего не знал о покере, но сказал: «Если хочешь стать профессиональным гэмблером, ты должен уметь проигрывать». Выигрышам все радуются, они придают уверенности, но по-настоящему игрок проверяется, когда проигрывает.
– Зрители спрашивают о твоем самом большом даунстрике.
– У меня их было много, но самый запомнившийся случился сразу после 2011 года. Я стал игроком года по версии Bluff Magazine, выигрывал все подряд, хорошо играл и мне очень везло. Это привело к тому, что я стал слишком самоуверенным и перестал работать над игрой. 2012-13 годы стали худшими в моей карьере, и я долго не мог понять, что происходит. Это продолжалось до тех пор, пока я не признался себе, что выигрыши 2011 года были результатом везения. Я снова начал работать над игрой, но потерял много денег и перестал верить в себя. Хотя это был полезный опыт.
– У тебя за столом был эпизод, за который тебе стыдно? Может, какой-то глупый фолд?
– Да, у меня есть веселая история. В 2012 году я играл турнир за $25k на Багамах. В одной раздаче я получил против Дарио Миньери. Доска , уже не помню точный экшен, но на ривере я много поставил, а Дарио запушил. У нас были глубокие стеки, и он выглядел очень уверенно. Я убедил себя в том, что у него может быть только каре, показал валета и выбросил, а Дарио перевернул . Чувствовал себя полным дураком.
– Последний вопрос – твоя главная цель в жизни?
– Создать что-то, чем я смогу гордиться в 50-60 лет. Чтобы это было востребовано в мире, а я мог с гордостью рассказать об этом своим будущим детям.